Большое исследование, опубликованное в Developmental Cognitive Neuroscience, показало, что дети, прошедшие тестирование во время пандемии COVID-19, продемонстрировали измеримые различия в том, как их мозг обрабатывает лица, особенно эмоциональные выражения. Хотя некоторые аспекты восприятия лиц оставались стабильными, исследование показало, что трехлетние дети обрабатывали лица быстрее, и во всех возрастных группах дети имели сниженные нейронные реакции на счастливые лица, что указывает на изменения в том, насколько знакомыми или привлекающими внимание были эти выражения.
Исследователи интересовались, могли ли социальные ограничения, введенные во время пандемии, такие как сокращение личного взаимодействия и широкое ношение масок, могли повлиять на раннее развитие мозга. Младенцы и малыши многому учатся, наблюдая за лицами, в том числе тому, как распознавать людей и интерпретировать их эмоции. Команда хотела узнать, может ли снижение разнообразия наблюдаемых лиц повлиять на то, как дети обрабатывают лица, насколько быстро они это делают и могут ли различать эмоциональные выражения.
«Было проведено несколько исследований, предполагающих, что условия имеют решающее значение для раннего развития обработки эмоциональных лиц. Однако изучались, в основном, крайние случаи, например пренебрежение, либо использовались косвенные способы, например соотнесение родительских черт с обработкой лиц детей», — объяснила автор исследования Карлейн ван ден Бумен, доцент Института Гельмгольца в Утрехтском университете.
«Политика, принятая для смягчения последствий пандемии COVID-19, включала несколько вещей, которые влияли на социальное взаимодействие и, следовательно, на условия, в которые попадали дети. Это происходило в очень больших масштабах, так как, вероятно, затронуло почти всех детей в (западных) странах».
«Мне это было любопытно с теоретической точки зрения, поскольку никогда раньше мы не могли изучать эффекты сокращенного разнообразия социальных условий в таких больших масштабах. Более того, я сочла это достаточно важным для того, чтобы исследовать, учитывая, как много детей это затронуло: политики и родители должны знать о влиянии результатов политики на детей».
Для исследования ученые использовали электроэнцефалографию (ЭЭГ) для измерения активности мозга у более чем 900 детей в возрасте 5 месяцев, 10 месяцев или 3 лет. Некоторые дети были протестированы до начала пандемии, в то время как другие были протестированы в период, когда действовала государственная политика, связанная с COVID-19, с марта 2020 года по апрель 2022 года. Это позволило ученым сравнить реакции мозга у детей, которые имели типичное социальное воздействие, с теми, чье раннее развитие было сформировано ограниченным взаимодействием и более частым использованием масок у взрослых.
Дети в исследовании пассивно просматривали серию изображений, которые включали нейтральные лица, счастливые лица, испуганные лица и дома. Записи ЭЭГ были сосредоточены на потенциалах, связанных с событиями (ERP). ERP — это модели электрической активности, которые возникают в ответ на определенные стимулы. Ученые проанализировали три известных компонента ERP, связанных с обработкой лиц: N290, P400 и Nc. Эти компоненты отражают различные аспекты визуальной и эмоциональной обработки, включая то, как быстро распознаются лица и насколько эмоционально значимыми или знакомыми они воспринимаются.
Когда дело дошло до того, как быстро мозг реагировал на лица, исследователи не обнаружили значимых различий у 5- или 10-месячных младенцев между теми, кого тестировали до и во время пандемии. Однако у трехлетних детей наблюдалась заметная разница. Дети, тестируемые во время пандемии, показали более ранние реакции N290 на лица, чем их сверстники до пандемии, что указывает на более быструю нейронную обработку информации о лицах. Это было характерно для лиц и не наблюдалось, когда дети смотрели на изображения домов.
Открытие более быстрой обработки лиц было несколько неожиданным. При типичном развитии скорость, с которой мозг обрабатывает лица, увеличивается с возрастом и опытом. Однако некоторые предыдущие исследования на взрослых показали, что уменьшение информации о лицах — например, когда лица скрыты — может привести к более быстрой обработке.
Напротив, способность различать лица и нелицевые объекты, известная как категоризация лиц, по-видимому, не пострадала от пандемии. Во всех возрастных группах дети, тестируемые до и во время пандемии, показали схожие модели мозговой активности при просмотре лиц по сравнению с домами. Это говорит о том, что этот фундаментальный аспект обработки лиц является устойчивым и может не зависеть так сильно от широкого спектра лицевых впечатлений.
Однако самые поразительные различия проявились, когда исследователи изучили, как дети реагируют на эмоциональные выражения. Дети, протестированные до пандемии, показали различные паттерны мозговой активности при просмотре счастливых, испуганных и нейтральных лиц. Но среди тех, кого тестировали во время пандемии, эта дифференциация была снижена или отсутствовала.
У десятимесячных и трехлетних детей мозговые реакции на счастливые и испуганные лица стали менее различимыми, особенно в более поздних компонентах ERP, P400 и Nc, которые, как считается, отражают внимание или знакомство.
«Хотя мы ожидали влияния результатов политики на обработку лицевых эмоций, было удивительно увидеть, что они были настолько четкими и присутствовали во всех протестированных возрастных группах», — сказала ван ден Бумен PsyPost. «В частности, трехлетние дети, вероятно, обрабатывали эмоциональные выражения до пандемии (так как они узнали об этом в свой первый год, который был до пандемии). Было удивительно (как ученому) и несколько тревожно как родителю обнаружить, что даже эти дети были так серьезно затронуты».
Эти различия были, в частности, обусловлены сниженной нейронной реакцией на счастливые лица. В то время как дети в группе до пандемии показали более сильную реакцию мозга на счастливые выражения, у детей, протестированных во время пандемии, были более слабые реакции. Эта закономерность предполагает, что счастливые лица были либо менее знакомы, либо привлекали меньше внимания в группе после пандемии.
Исследователи предлагают несколько возможных объяснений. Одно из них заключается в том, что разнообразие счастливых выражений, которые дети видели, могло уменьшиться во время пандемии из-за ношения масок и эмоционального стресса, который испытывали родители и няни.
Если дети видели меньше улыбающихся лиц, их мозг мог стать менее настроенным на их распознавание и реагирование. Известно, что система мозга, отвечающая за обработку эмоций на лицах формируется под воздействием опыта, особенно в раннем развитии. Точно так же, как младенцам необходимо видеть различные лица, чтобы создать четкое мысленное представление о них, им может также понадобиться целый ряд эмоциональных выражений, чтобы научиться различать их.
«Это исследование показывает, насколько важен социальный опыт для формирования социального мозга детей», — объяснила ван ден Бумен. «Политика, принятая для смягчения последствий пандемии COVID-19, повлияла на социальный опыт маленьких детей. Следовательно, мозг детей, протестированных во время пандемии, не различал эмоциональные выражения лица, в то время как дети, протестированные до пандемии, различали. Выражения эмоций на лице являются важными сигналами в социальном и когнитивном обучении».
«Таким образом, ограниченная обработка таких сигналов может иметь далеко идущие последствия для дальнейшего развития детей. Это важно знать политикам, родителям и специалистам, работающим с детьми в возрасте 0–4 лет во время пандемии. Более того, это понимание может также принести пользу детям, рожденным в непандемические времена, поскольку они также получают пользу от разнообразного социального опыта».
Исследование имеет некоторые ограничения. Хотя исследователи сделали вывод, что дети, протестированные во время пандемии, имели меньший опыт наблюдения лиц, они не измеряли точный характер или частоту социальных взаимодействий детей. Возможно, что некоторые семьи поддерживали относительно типичную социальную среду, в то время как другие испытывали более сильную изоляцию.
Другие факторы, такие как родительский стресс, психическое здоровье и посещение детского сада, также могли повлиять на результаты. Кроме того, хотя модели мозговой активности измерялись, исследование не оценивало поведенческие реакции, например, могли ли дети обозначать или соответствующим образом реагировать на различные выражения лица.
«Мы надеемся проверить долгосрочные эффекты этой политики: надеемся, что социальный мозг детей догнал и (пере)научился различать выражения лица после пандемии», — сказала ван ден Бумен. «Кроме того, мы хотели бы проверить, существуют ли межличностные различия в том, насколько пандемийная политика повлияла на эмоциональную обработку лиц детьми».
«Пожалуйста, знайте, что я поддерживаю политику, принятую во время пандемии», — добавила она. «Я не хотела бы вносить свой вклад в критику этой политики, но считаю важным, чтобы последствия были известны и ограничивались дальнейшей политикой (например, поддержкой детей с социальными проблемами)».
Источник: https://www.psypost.org/pandemic-era-children-show-altered-brain-responses-to-facial-expressions-new-study-finds/
Само исследование: https://doi.org/10.1016/j.dcn.2025.101506
